Кто есть кто в «Трёх мушкетёрах»: двадцать четыре героя на одной схеме

В «Трёх мушкетёрах» почти никто никому не родня. Отец, оставшийся в Беарне, галантерейщик с женой, королева и муж, которого она не любит, — и один брак, который роман прячет шестьсот страниц. Всё остальное, то есть вся книга, держится на выбранных связях: четыре дружбы, четыре слуги, капитан, кардинал. Именно это и рисует схема, потому что там и лежит история. Имена на схеме записаны латиницей; в тексте они даны по-русски.

Как её читать

Каждая карточка — персонаж, каждая линия — связь, по которой можно кликнуть. Цветные полосы разделяют лагеря: мушкетёры короля, слуги, французский двор, партия кардинала, Англия. Где родства нет, линия сама говорит, что она такое: отравительница, соблазнительница, ранен на дуэли, подписывает патент.

Четыре друга и четыре слуги, которые их удваивают

д'Артаньян приезжает в Париж на жёлтой лошади с пятнадцатью экю и рекомендательным письмом, которое у него крадут в первый же день. До полудня он трижды вызывает на дуэль — и так приобретает трёх друзей: Атоса, самого знатного из четверых и самого молчаливого о себе; Портоса, чья перевязь расшита золотом только спереди, потому что сзади она из простой кожи; Арамиса, который вот уже четыре года мушкетёр «на один год». Посмотрите на схему: у каждого господина ровно один слуга, и каждый похож на своего. Планше, пикардиец, нанятый за одну физиономию. Гримо, которому Атос запретил говорить и который отвечает знаками. Мушкетон, одетый в былую роскошь хозяина. Базен, годами ждущий сутаны и со вздохом убирающий женские письма.

Дело о подвесках: четыре дня, чтобы добраться до Лондона

Анна Австрийская подарила англичанину двенадцать алмазных подвесок, которые ей дал король. Ришелье, когда-то любивший её и теперь за ней следящий, подсказывает Людовику XIII попросить её надеть их на бал. Королева погибла — и единственного доступного человека приводит в движение Констанция Бонасье, её кастелянша, выданная за галантерейщика на сорок лет старше её: того, кто в неё влюблён. На схеме цепочка коротка и целиком идёт через людей без власти: королева, её кастелянша, гасконский кадет и слуга-пикардиец. Напротив — министр, его гвардейцы и его шпионка.

Миледи и плечо, которого никто не должен был видеть

Блондинка, двадцать пять лет, лицо ангела и лилия под левым плечом. Она была графиней, дважды вдова и работает на кардинала — которому даже не нужно объяснять ей подробности. Она травит Констанцию, заказывает убийство Бекингэма и дважды едва не достаёт д'Артаньяна. Её сила не в шпаге: её сила — люди. Кэтти, её горничная, из любви к д'Артаньяну открывает ему спальню собственной госпожи. Джон Фельтон, офицер-пуританин, трезвый и неподкупный, четыре дня слушает через дверь, как она возвращает ему его же псалмы, — и идёт убивать своего министра. Схема ставит эти две линии рядом: соблазнительница и убийца.

Тайна Атоса — самая важная линия на схеме

Кардинал проигрывает все партии и выигрывает игру

Подвески привезены вовремя, миледи судят и казнят, Бекингэм мёртв, осада Ла-Рошели выиграна. А на последней странице человек, потерявший в этой истории всё, подписывает д'Артаньяну патент лейтенанта и берёт его к себе на службу. Потому-то Рошфор, человек из Менга, который на первой странице крадёт письмо, оказывается перед д'Артаньяном на каждом этапе книги и в конце жмёт ему руку: роман кончается не победой над кардиналом. Он кончается должностью.

Тревиль и единственный совет, которому д'Артаньян следует

Господин де Тревиль — гасконец, поднявшийся в Париж, как и все остальные, и ставший человеком, которого слушает король и с которым считается кардинал; его приёмная — единственное место в Париже, где можно говорить что угодно. Господин д'Артаньян-отец не оставил сыну ничего, кроме лошади, пятнадцати экю и трёх советов: драться почаще, никому ничего не спускать и рассчитывать на Тревиля. Работает третий. А госпожа Кокнар, влюблённая в Портоса прокурорша, выставляет постный обед и снаряжение: в этом романе деньги всегда приходят от кого-то, о ком не говорят.

Кого нет на схеме

Нет гвардейцев поимённо, нет трактирщика из Менга, нет десятков статистов дуэлей и осад, и нет никого из двух продолжений — «Двадцать лет спустя» и «Виконт де Бражелон», — где у нескольких из этих карточек будут дети. Двадцать четыре героя, выбранные потому, что книга к ним возвращается: четверо, слуги, двор, кардинал, миледи и всё, что её окружает.